Артиллеристы в сражении под городом Ельня

 

Немцы произвели очередной воздушный налет, пожалуй, самый солидный за последнее время. По-видимому, они решили, что наконец-то нашли наши огневые позиции. 62 бомбардировщика «Ю-87» и 11 истребителей «Хейнкель-113» в течение полутора часов бомбардировали и прочесывали из пулеметов подозрительный участок.

В поднявшейся кутерьме одна из лошадей сорвалась с привязи и побежала в лес. Неизвестно, за что именно приняли немецкие летчики испугавшуюся лошадь. Во всяком случае, за ней погнались шесть бомбардировщиков. Они добросовестно пикировали на нее, а когда лошадь скрылась в лесу, бросили на лес несколько бомб. По окончании всей этой шумной процедуры лошадь вышла из леса целая и невредимая.

Восемь других бомбардировщиков принялись обрабатывать положенное на кирпичную печь бревно. Они достигли полного успеха — печь была разгромлена, бревно упало на землю. Удовлетворенные удачной атакой, немецкие летчики покинули поле боя. Вот результат полуторачасовой интенсивной бомбежки: 1 убитый и 5 раненых.

Ровно через три минуты после исчезновения германских самолетов артиллеристы открыли огонь всеми батареями по всему фронту: по немецкому переднему краю, по скоплению живой силы, по тылам, по огневым точкам врага. Это был самый подходящий аккомпанемент к рапорту фашистских летчиков о «разгроме» советских батарей.

О результатах массированного артиллерийского налета вскоре рассказал на допросе пленный солдат.

Он говорил:

— Больше всего немцы боятся ваших пушек. От них нельзя спастись даже в самых глубоких окопах. У немцев много убитых, каждый день, каждую ночь. После того, как немецкие самолеты вас бомбили, мы очень удивились, что ваша артиллерия стала стрелять еще сильнее. Мы как будто в ад попали. Я — только повар. Что я могу сказать? В тот день я кормил завтраком 120 солдат, а ужин выдавал только 39. Остальные уже никогда не придут за своим ужином. Это только в моем эскадроне.

Точность огня нашей артиллерии обеспечивалась, прежде всего, организованной работой разведчиков-наблюдателей. Часть майора Зубкова проводила тщательную разведку еще до вступления в бой. Тяжелые батареи Зубкова бьют по немецким артиллерийским позициям. Поэтому разведчики-наблюдатели пробираются не только к переднему краю обороны, но проникают в глубину вражеского расположения. Лейтенанты Ахтырцев, Лапкин и Гришин действуют особенно смело.

Перед атакой на занятую немцами деревню К. лейтенант Гришин с тремя разведчиками-наблюдателями зашел в тыл к немцам, трое суток он был в одном из селений, высылал оттуда разведчиков с донесениями о резервах врага и расположении его батарей. Смелая разведка во многом определила успех наступления на этом участке.

К той же деревне старший лейтенант Куриенко несколько дней шел в гуще наступающей пехоты, корректировал огонь прямо с поля боя, точным огнем поражая препятствия, возникающие перед атакующими бойцами. Так, при поддержке артиллерии были взяты три деревни в обходном движении наших частей по левому флангу вражеской группировки.

В одной из горячих схваток Куриенко заметил в двух рощицах скопление немецких автомашин с пехотой. Куриенко связался с дивизионом капитана Фишева. Дивизион тут же открыл огонь. Подбитые машины дымились и чадили в течение полутора часов. Наша пехота продвинулась дальше. Бойцы вышибали врага изо всех его гнезд, из всех звериных нор. Куриенко был с ними. В бинокль он увидел другую колонну грузовиков. На этот раз огневой налет по указанию Куриенко был произведен дивизионом капитана Поваляева. Клубы черного дыма взметнулись над грузовиками. Послышались глухие удары. Солдаты бросились наземь ничком. Снаряды на подожженных машинах рвались рядом с ними. Через минуту все живое схлынуло из этого ада. И снова наша пехота продвинулась дальше.

Так действовали артиллеристы в сражении под городом Ельня.

Оставьте комментарий