Рубежи Сталинграда. Маршал Малиновский

 

Боевая биография, если хотите слава, военачальника собирается по крупицам в тяжелых, часто малозаметных буднях войны. Но полководческий опыт зиждется все же на «краеугольных камнях» — крупных военных операциях, в которых простор стратегическому мышлению, способности разглядеть и использовать особые, всегда уникальные черты создавшейся обстановки и провидеть «конечный результат». Каждая битва складывается наособицу, у каждой свои задачи, и мозг военного руководителя должен вместить тысяча «за» и «против» данной, живой реалии войны — люди, орудийные стволы, боепитание, связь, дороги, моральное состояние войск — эти «за», эти «против», и свои, и противника, чтобы свести их воедино, выстроить в строгий организм действия армии, фронта, группы армий, группы фронтов для достижения победы, это одна всепоглощающая цель, пусть не сразу, не вдруг приходящая, но без нее нет творчества… В экстремальные на нынешнем лексиконе моменты действия военачальника сродни действиям ученого-экспериментатора, тот же напряженный поиск, то же открытие, лишь различен материал исследования: в одном случае металл, газ, плазма, в другом — живые люди, тысячи, миллионы человеческих судеб — за каждую ответствен полководец.

Великую Отечественную Родион Яковлевич встретил командиром корпуса на Пруте. И сразу началась черная работа войны: оборона и маневрирование в жесточайших схватках с превосходящим и числом, и техникой противником, бои в окружении, прорыв вражеского кольца… Потом в декабре, в разгар битвы под Москвой, был короткий удар двух армий — 6-й и 12-й под общим командованием командарма-6 генерал-майора Малиновского. В результате этого удара южнее Лисичанска фашистские войска откатились тогда назад, потеряв едва ли не все, что захватили в ходе своего ноябрьского наступления… Потом была, может быть, самая тяжелая полоса в судьбе Малиновского, командующего Южным фронтом,— кровавое противоборство на Северном Кавказе с вражеской группой армий «А», имевшей чуть ли не десятикратное превосходство в людях, танках, самолетах… Это и были вехи мужания военного характера Малиновского.

Так случилось, что в жесточайшей, коренной переломной эпопее на берегах Волги Малиновскому пришлось участвовать дважды.

Осень сорок второго. Донской фронт с его «неклассическим начертанием»: две армии растянуты по северному берегу реки, три — в их числе 66-я под командованием Малиновского — нависают над прорвавшимися к Волге основными силами противника, ведут изнурительные бои.

В Москве, в Ставке Верховного Главнокомандования, зреют фантастические по масштабам планы окружения крупнейшей гитлеровской группировки Паулюса. А перед Малиновским поставлена задача: ликвидировать занимаемый противником «коридор».

И — снова Сталинград.

Но перед этим — вызов в Ставку и… далекий тыл, Тамбов. Спешное переформирование 2-й гвардейской армии. Встреча с генералом С. С. Бирюзовым, назначенным начальником штаба армии. Дружба с ним завяжется на всю жизнь. Я помню, с какой болью осенью 1964-го Родион Яковлевич принял весть о гибели своего соратника в авиационной катастрофе.

…Из Тамбова 2-я гвардейская в донельзя спрессованные сроки перебрасывается под Сталинград.

Там уже замкнуто грандиозное кольцо, в котором оказалась 6-я армия врага — триста тридцать тысяч замерзших в снегу, в мертвых кварталах города солдат. Но Гитлер неумолим. Он приказывает Паулюсу: «6-я армия останется там, где она находится сейчас! Это гарнизон крепости, а обязанность крепостных войск — выдерживать осаду. Если нужно, она будет находиться там всю зиму, и я деблокирую их во время весеннего наступления».

Так появилась на свет гитлеровская группа армий «Дон» во главе со «знатоком стратегии» и «танковым богом» Манштейном. Она-то и двинулась к Сталинграду, чтобы осуществить замысел фюрера — спасти группировку Паулюса.

На острие удара по группе армий «Дон» Ставкой была выдвинута 2-я гвардейская.

Положение — архисложное. А времени на размышление практически нет. А. М. Василевский после совета с Родионом Яковлевичем на свой страх и риск принимает решение — двинуть 2-ю гвардейскую навстречу Манштейну и лишь потом сообщает Верховному мотивированный план действий.

Родион Яковлевич потом вспоминал, как в заметенном снегом Заворыкине, где размещался штаб Донского фронта, он встретился с представителем Ставки, начальником Генерального штаба А. М. Василевским, который и поставил ему эту боевую задачу. Армия успела в район сосредоточения в тот момент, когда Манштейна отделяло от Сталинграда всего 40—45 километров. В своих послевоенных мемуарах, красноречиво озаглавленных «Утерянные победы», Манштейн запишет, что его передовые части уже могли видеть на горизонте зарево огня Сталинградского фронта.

И — удар. Лоб в лоб. Массированное применение противником авиации. Отчаянное сопротивление вражеской мотопехоты. И снова — танки, танки.

Танки были главной силой Манштейна. Вот реальный факт: под Громославкой, только на участке 166-го стрелкового полка, на главном направлении вражеского удара, число их перевалило за сотню. И это железное стадо было перемолото. Тогда командарм Малиновский был на КП дивизии и в сущности сам управлял решающим боем.

Оставьте комментарий