Торжество художественной правды

 

«Ужасающая» неясность, которая, по словам Льва Толстого, царила в определении красоты, была характерна для буржуазной эстетики. Эта неясность, эти разноречие и путаница явились в одном случае результатом подмены красоты современного искусства красотой античного искусства, в другом — результатом смешения реальной красоты с умозрительной красотой сверхчувственного мира. Длившийся десятилетия спор эстетики с требованиями живой жизни представлял собой попытку теоретического оправдания того краха, который потерпели господствующие эксплуататорские классы в стремлении создать великое искусство, способное играть роль поэтического украшения их мелкой, прозаической, бесчеловечной практики.

В то время как авторы идеалистических трактатов, оглядываясь на античность, упорно твердили современному искусству: твоя цель — абсолютная красота, лучшие представители этого искусства, его мастера раскрывали, шаг за шагом, отвратительнейшие стороны современной им действительности. В то время как искусство соблазняли царством прекрасной видимости, оно, следуя законам истины, изображало царство отвратительной реальности. В то время как его пытались подкупить при помощи золота и всяческих почестей, великие художники, опираясь на действительность, разоблачали господство золота, грубой силы и алчности.

Историческая «вина» лучших художников с точки зрения идеалистической эстетики состояла в том, что они не вняли ее советам, не показали ослепительного блеска «абсолютной красоты». Ясно, что на деле их «вина» есть их великая историческая заслуга. Не повинуясь ложным идеалистическим призывам, подлинное искусство бесстрашно разоблачало враждебную красоте природу общественных отношений.

Буржуазные эстетики были обмануты в своих лучших ожиданиях. Вместо изображения идеально прекрасных объектов они встречали в искусстве художественно совершенное изображение безобразных объектов. Вместо абсолютного примирения с действительностью они находили непримиримый разлад искусства с действительностью. Возникло противоречие между многочисленными эстетическими учениями и истинным искусством, между классовыми целями буржуазии и демократическими устремлениями художников. Это противоречие не сглаживалось, а обострялось и разрасталось до состояния непримиримой вражды.

Оставьте комментарий